Работаю в ЗАГСЕ. Жениху 50 невесте лет 18. Идет церемония росписи..
Регистратор спрашивает - Вы согласны взять ее в жены, в это время у
жениха звонит мобила и он выдает фразу - "да, да, берем всю партию, это
не вам и вам тоже да!" Народ был в полном ауте!
Пы. Сы. Вот после этого я понял что меня чем-то удивить уже
на свадьбе тяжело...
Скачки на лошадях «Палио» в итальянской Сиене – зрелище из разряда must see. Начиная с XIV века, два раза в год – 2 июля и 16 августа – главную площадь города засыпают глиной и песком, превращая её в ипподром. С начала XIV века Сиена была разделена на т.н. контрады – семнадцать городских кварталов, каждый из которых имел свой флаг и герб. Контрады враждовали друг с другом, но отношения предпочитали выяснять только на ипподроме. Сейчас в турнирах "Палио" принимают участие наездники от десяти контрад, а болельщики остальных семи сами выбирают за кого они будут болеть на площади.
В британском городе Петербург (Peterborough) водитель на автомобиле Volvo, пролетев на машине по воздуху около 30 метров, пробил стену квартиры на втором этаже жилого дома. 31-летний мистер Гордон не справился с управлением на кольцевой развязке и вылетел на ограждение. Подпрыгнув на бордюре, машина ударилась сначала о газон, а затем, подскочив еще раз, врезалась в стену дома на уровне второго этажа.
Водителя машины сразу после аварии направили в госпиталь, однако спасти его не удалось. Его девятилетний сын выжил, получив множественные ушибы и порезы. Других пострадавших в этой аварии, по счастливой случайности, не оказалось.
19-летняя Лаура Стивенс, в чью комнату влетела машина, вышла из нее за несколько секунд до аварии. Однако, по словам ее матери, теперь Лаура боится заходить в свою спальню - она еще ни разу не побывала в ней с момента этого происшествия.
Как заявил один из пожарных, занимавшихся разбором завала и "выниманием" машины из квартиры, "нам уже доводилось работать с автомобилями, врезавшимися в здания, но еще ни один из них не долетал до второго этажа".
Был у меня в университете приятель с дивным библейским именем Эдуард Авраамов. Готовился стать психиатром, неплохо играл на гитаре и вообщем был хорошим парнем. Как и большинство из нас, приехал он в Питер с периферии, а именно из Махачкалы. В 94 году, если кто помнит, время было тяжелое. Жрать было нечего, степендию обычно удавалось потратить не довезя до дома, в ближайшем ларьке. Народ зарабатывал как мог. Я , например, брал ночные дежурства санитаром в оперблоке, мой друг Славка по ночам работал в ларьке, а вот Эдик решил выступить масштабно.
Встречаю его как то после патанатомии на «пятаке» - это место сбора всей студенческой тусовки на площадочке между столовой и акушерским корпусом, глаза горят , язык заплетается, волосы – дыбом.
- Матрос, надо бизнес делать! Есть схемка одна хитрая!
- Проститутом не пойду. У меня принципы!
- Дурак ты, тема верная! Короче мой дагестанский дядя Мухамед на день рожденья мне подарил камаз Мадеры. Целый камаз, понимаешь? Так вот, его надо куда-нибудь быстренько разгрузить и продать! Мне партнер нужен, сам не управлюсь. Продавать лучше в розницу, мелкими партиями чтоб бандиты не наехали ну и подороже получится!
Я раньше бизнесом никогда не занимался, но перспектива создания Вино-водочного холдинга , а в последствии Мадерной Империи меня увлекла не на шутку. Сразу же представилась следующая картина : огромное здание с затемненными окнами с надписью «Гинекологическая клиника Матроса Кошки», в этом здании я оперирую своих пациенток со всего мира. Туда стоят в очередь как дамы в норковых шубах , так и простые крестьянки. А на первом этаже продают Мадеру. Деньги с пациенток брать не обязательно – все деньги приносит мадера...
- Когда фура приходит ?
- Через час.
Пыхтя дымом, камаз с махачкалинскими номерами и шофером-моджахедом медленно сдавал назад к дверям общаги. Мадера предстала не в старинных бутылках , запечатанных сургучом, не в дубовых бочках , а ... трехлитровых банках, ну знаете к которых огурцы продают, с ржавой жестяной крышкой. На этикетке было изображено солнышко и еще какая то хрень. Этикетка гласила : «Мадера. ОАО Махачкалинский Винзавод» Так выглядело наше светлое будущее.
Разгружать камазы в принципе, занятие монотонное. Но когда разгружаешь практически слитки с золотом – это совсем другое дело. Управились быстро. Так как Эдик жил в общаге, а я с бабушкой и сестрой в коммуналке, то решили все выгрузить к Эдику. Комната у него была хоть и большая, но мадера заполнила собой 95% процентов помещения.
Картина получилась пугающая : открываешь дверь в комнату – Мадера!!! Между ящиками с мадерой было оборудовано некое гнездо , где собирался гнездиться Эдик. Лежит Эдик в этом алкогольном гнезде , читает книжку «Клиническая психиатрия и токсикология», а денюжки - капают! Бла-го-дать!
После разгрузки планировалась торжественная дегустация божественного нектара. На вкус он оказался сладкой бормотухой , но пился легко и в голову шибал знатно.
- А давай по поводу начала бизнеса ...как бы ... нажремся? – предложил Эдик.
- А как бы ... давай!
Санкт Петербургский Государственный Медицинский Университет имени Ивана Петровича Павлова на 2 месяца полностью выпал из реальности.
Эта статья рассказывает о фотографиях скандально известного во Франции Андре Зукка. В 1930-е годы он был фоторепортером в "Пари Матч", а во время войны работал в пронемецком журнале "Сигнал".
После войны его за это отдали под суд, но оправдали, и Зукка закончил свои дни владельцем фотомагазина в провинции.
К счастью, коллекцию своих работ ему удалось сохранить.
Конечно, цветные негативы за эти шесть десятилетий потускнели и растрескались, но чудеса, которые умеют теперь творить виртуозы "фотошопа", позволяют видеть те памятные дни лета 1942 года, как будто их щелкнули вчера
Картина, доложу я вам, просто идиллическая: на залитых солнцем Елисейских полях, в уютных кафе сидят веселые девушки в солнечных очках (все почему-то в белой оправе).
На берегах Сены обнимаются влюбленные, дети катаются на роликовых коньках, люди ездят на велосипедах, автомобилей почти нет. Конечно, попадаются тут и нацистские офицеры в форме, красные флаги с черной свастикой, промелькнет вдали еврей с нашитой желтой звездой, но, повторяю, общее впечатление - мирной и совсем не такой уж несчастной жизни.